Ты в моём отражении. Книга 3: Триада

ТЫ В МОЕМ ОТРАЖЕНИИ. КНИГА 3: ТРИАДА

Автор: Kaworu Terayama

 

Для тех, кто полностью не прочитал первую и вторую книги, эту часть лучше не начинать, поскольку вы ничего не поймёте. Все события связаны между собой, особенно поведение и психология героев

ГЛАВА 1. ТАНТАЛОВЫ МУКИ

Если бы можно было задохнуться от сильного сердцебиения, которое разгоняло кровь и заставляло дышать глубоко и интенсивно, Юн Сик бы задохнулся сразу же, как только увидел перед собой Ли. Это был последний человек, кого он не надеялся встретить вновь. Нет, не так! Это был единственный человек, с кем Джун никогда, ни при каких обстоятельствах не хотел больше встречаться. Настолько не хотел, что готов был провалиться сквозь землю, только бы не видеть сейчас направленного на него взгляда мужчины. Этого безумного, глубокого, обезоруживающего, цепкого взгляда, гипнотизирующего Юн Сика, вытягивающего из самых глубин его души чувства, которые парень не мог удержать внутри и скрыть на своём лице. Как оказалось, Ли одним своим присутствием заставлял эмоции юноши брать над ним вверх, разоблачая того, оставляя совершенно обнажённым. Юн Сику не подчинялось тело, его не слушался собственный голос, глаза слезились, и он не мог даже моргнуть – таково было его удивление! И судя по тому, как смотрел на него Ли, тот оказался в той же ловушке, что и молодой человек. А над ними был Он — охотник. Довольный, затаившийся, как тигр перед прыжком, господин Син Ву Цзянь.

Ли первым оборвал взгляд и опустил глаза в пол, делая глубокий вдох. Прятаться и скрывать свои эмоции от господина было бессмысленно. Если Юн Сик стоит перед ним, значит Син Ву Цзянь знает больше, чем знал о себе Ли, а про Джуна и говорить было нечего. Тот с трудом соображал, что творится с его телом и чувствами – настолько он был растерян. Однако нужно отдать ему должное, он, как натянутая струна, держался из последних сил, старясь не выдать своё волнение. Но только дотронься, и она оборвётся.

— Что всё это значит? – Ли моментально взял себя в руки и переменился в лице так резко, что Юн Сик испугался. Он никогда не видел хирурга настолько серьёзным и ядовитым.

— А на что это похоже? – злорадно скалился хозяин.

— Ты его похитил, чтобы угрожать мне? Ты наверняка в курсе, что он брат Мин Гу.

Син Ву Цзянь рассмеялся.

— Юн Сик, расскажи ему правду.

— Что я должен рассказать? – голос его звучал учтиво и твёрдо, но прорывалась злость и неповиновение. Ему было некомфортно находиться меж двух огней. Он был потерян, не ожидая увидеть здесь Ли.

— Этот малыш работает на триаду, – господин Син рассматривал Ли, как букашку под микроскопом, ему было чертовски интересно следить за изменяющейся мимикой на его лице.

Глаза хирурга стали красными. О чём он думал, Юн Сик боялся даже предположить.

— А теперь вы будете работать вместе, — подвёл итог господин, и его резанули два испуганных взгляда. Заметив это, он замер. – Да-а, — заворожено протянул мужчина, — вы будете работать вместе, — довольный своей находкой, он ещё сильнее воспрял духом и словно расправил чёрные крылья за спиной перед полётом.

Конечно, Ли в эту же секунду всё понял и, взглянув на Юн Сика, мысленно оплакивал жизнь юноши, которому не суждено было засиять для себя, как надеялся хирург. Юн Сик будет сиять для господина, как когда-то Джианг. Долго, ярко, до тех пор, пока не погаснет.

— Думаю, на сегодня потрясений достаточно. Юн Сик, ты можешь быть свободен. Джианг, график встреч тебе будет передавать твой охранник.

— Ты хотел сказать надзиратель? – огрызнулся Ли.

— Если тебе так больше нравится, милый.

Ли передёрнуло, и он не заметил, как Джун ненадолго замер на выходе, оценивая обращение господина к хирургу. Это было слишком. От переизбытка шокирующих новостей мысли парня поплыли. Он хотел только одного – поскорее убежать и остаться в одиночестве. Нужно было время переварить и принять то, чему противилось и к чему одновременно стремилось его естество.

— Отпусти мальчишку, умоляю, — оставшись вдвоём с господином, Ли пошёл в наступление.

— Я его не держу, — мужчина лишь улыбался в ответ.

Где-то хирург уже слышал эти слова. Ах, точно, это были его слова! Юн Сик точно так же, как он сейчас, умолял Ли не удерживать Мин Гу. Тогда хирург улыбался и насмехался, как сейчас это делает Син Ву Цзянь. До чего же они похожи! До тошноты.

— Он здесь лишний, — настаивал Ли.- Если тебе было нужно моё подчинение, ты победил. Я согласен делать всё, что ты прикажешь. Мне не привыкать. Зачем впутывать сюда ещё кого-то?

— Подчинение, — произнёс мужчина, раскатывая на языке это слово, смакуя его, пробуя на вкус. – Что ты знаешь о подчинении, Джианг?

— О чём ты?

— Ты, как ребёнок. Чтобы понять, что такое истинное подчинение, для начала тебе стоит познать это на собственной шкуре. Я очень хочу увидеть, как ты подчинишься. Как ты сдашься, не в силах противостоять своим желаниям. Как бы ты не трепыхался, этот выбор сделаешь ты сам, — господин Син стоял. Он был большим и всемогущим, как всегда. Его голос заставлял слушать его, проникая в самую сердцевину души тёплой, спокойной, густой чернотой, где она находила себе место и, как паразиты, оставалась внутри, питаясь чужой жизнью. — Я дам тебе то, чего ты так сильно желаешь. А после… ты мне расскажешь, каково это? И какова цена этого чувства?

— За что ты меня так ненавидишь? – не скрывая поражения, устало простонал Ли.

— Нет, Джианг, я люблю тебя. Ты — единственный, кого я любил в этой жизни. Скоро ты это поймёшь.

Ли терялся в мыслях и ощущениях. Он устал. Он был повержен и уложен на лопатки этим монстром. В очередной раз. Как всегда.

— Иди. Я знаю, как тебе любопытно узнать всё из первых уст. Иди за своим светом.

Нет, Син Ву Цзянь не был монстром, он был демоном во плоти, читающим самые сокровенные мысли людей, управляя ими, как марионетками.

 

Ли шёл по длинному коридору, улавливая уже знакомый запах, как пантера, выслеживающая свою добычу. Он свернул за угол, ещё за один – не было ни души. Шаг мужчины ускорился. Он был в нетерпении, и с каждой секундой его самообладание иссякало. Голос разума? Ли, как под сильными наркотиками, вообще забыл, что такое разум и по коридорам чьего дома он сейчас пробирается, как вор. В его голове был только Юн Сик – человек, меняющий его жизнь, выворачивающий душу садиста наизнанку. Ли умолял всевышнего не сталкивать их вновь лицом к лицу, но, видно, у того на них были совсем другие планы. А раз так, Ли быстро снял с себя всякую ответственность и больше не собирался испытывать танталовы муки.

Ли не видел, куда пошёл Юн Сик. Он чувствовал его притяжение, которое хирург с трудом мог объяснить даже себе. Его магнитом тянуло на свет. И раз всё же придётся опалить свои крылья и разбиться, так уж и быть. Разве не об этом мечтал Ли всю жизнь? Пусть этот момент будет коротким, но ярким, ослепляющим – таким, какого Ли никогда не испытывал.

Он попал в оранжерею, где повсюду были разные сочно-зелённые растения, а из больших окон по кругу помещение пронзало насквозь яркое послеобеденное солнце. Пробираясь сквозь джунгли, Ли был уверен, Джун точно здесь. Как и ожидал мужчина (откуда он знал?) юноша сидел на одном из широких подоконников, как кот, греющийся под лучами тёплого света. Вокруг него была аура спокойствия и умиротворённости, хотя Ли мог поклясться, что сейчас Юн Сик был в ужасе и смятении. Однако мужчина всё равно почувствовал, как опускаются его плечи, а тело тяжелеет и расслабляется при взгляде на знакомый силуэт. Он нашел его…

Юн Сик испугался, занервничал и быстро соскочил с подоконника. Глупый. Даже понимая, что бежать ему некуда, он до последнего сопротивлялся тому, что было предрешено ещё в ту самую ночь. Ли смело шёл ему на встречу и теперь мог разглядеть мольбу на лице юноши, умоляющего его остановиться. Но чем ближе приближался Ли, тем сильнее билось сердце Юн Сика. Желание, как огонь, стремительно распространялось по венам, заполняя каждую клеточку кожи, сжигая страстным нетерпением вцепиться в объект своей страсти и опалить его своим жаром. Сгореть вдвоём. Дотла. И чтобы ничего не осталось: ни сомнений, ни боли, ни желаний. Ли схватил Юн Сика, с такой силой прижимая к себе, что парень не смог сдержать последнего выдоха, вырвавшегося из него со стоном. Это был его последний воздух, последний выдох, а дальше он просто задохнулся от дикого, безумного поцелуя. Ли готов был задушить его в своих руках, с остервенением терзая губы юноши. Столько злости было в этом соитии, что было одновременно и больно и сладко. Джун ухватился за одежду мужчины, притягивая его к себе, отвечая на равных с той же страстью и гневом, обрушая на Ли лавину ранее запертых чувств. В этот момент они были так похожи! Находясь рядом, сливаясь в одно целое, они словно выравнивались, дополняя друг друга. Рядом с Ли Юн Сик разрешил своей тёмной части выйти на свободу, а Ли рядом с Юн Сиком впервые испытывал чувства, которым пока ещё не мог найти названия и объяснения. Но они были настоящими! Живыми! Оголёнными! Именно такими, о каких хирург грезил всю жизнь. Юн Сик не растворялся в его объятьях, он сражался, возможно, впервые отвоёвывая для себя свой кусочек счастья. И как ни странно, это счастье скрывалось внутри того, кто никогда ему не будет полностью принадлежать, и к кому он всем сердцем до недавнего времени испытывал ненависть. Да что говорить, Юн Сик и сейчас ненавидел хирурга. Ненавидел за то, что не может противостоять этому змею искусителю и падает вместе с ним в пропасть, навсегда клеймя себя грешником.

Задыхаясь в объятиях друг друга, оба не могли насытиться, понимая, что как только они разорвут поцелуй, им придётся вернуться в реальность, о которую эта страсть может разбиться, разлетаясь яркими осколками, собрать которые будет уже невозможно.

Послышался шум и Юн Сик, схватив мужчину за голову, прикладывая усилия, остановил порыв Ли, разрывая глубокий поцелуй. Недолго думая, он взял мужчину за руку и отвёл вглубь оранжереи, где их точно никто не увидит.

— Что ты здесь делаешь? – шептал Ли, рассматривая парня ошалевшими глазами, беспорядочно ощупывая руками. Хирург обезумел от страсти и непонимания того, как всё происходящее может быть правдой? Эмоции били через край, заглушая здравый смысл. Юн Сик мог оказаться предателем, специально подосланным Син Ву Цзянем. Но боже, какая разница, когда всё равно хотелось его трогать и, прикасаясь каждый раз, душить в объятьях?

Юн Сик молчал. Он внимательно смотрел в лицо мужчины и о чём-то думал, о чём не хотел говорить. Шаги в коридоре утихли. Ли тряхнул парня, заставляя того объясниться.

— Я жду.

— Не твоё дело, — грубо ответил Джун, и Ли поразила его смелость. Хотя, чему поражаться? Этот юноша только что целовал любовника своего брата в доме человека, который мог по щелчку пальцев уничтожить любого из них. Да, этот молодой человек ничего не боялся и стремительно раскрывался перед хирургом, превращаясь из маленького бутона в большой раскидистый цветок, аромат которого сводил хирурга с ума.

— Если ты сейчас же мне не ответишь, я задушу тебя собственными руками, — пригрозил Ли и положил ладонь на тонкую шею парня, вдавливая того в стену позади.

— Валяй, — смело отвечал Юн Сик. Сейчас он выглядел точно так же, как в их первую встречу в клинике хирурга – дерзко и бесстрашно.

Ли влепил ему пощёчину. Его злило не то, что Юн Сик не подчиняется, а то, что тот снова закапывает себя по горло в дерьмо и не просит о помощи, героически желая самостоятельно со всем разобраться.

— Я уже сказал, это не твоё дело, — Джун стал повышать голос, отвечая таким же едким взглядом, каким смотрел на него Ли.

— Ты соображаешь, куда ты попал? – шипел мужчина, встряхивая Юн Сика за плечи в попытке вернуть того к доводам рассудка. – Как давно ты здесь?

— Что изменится оттого, что ты узнаешь?

— Тебе здесь не место. Ты этого ещё не понял?! – Ли упорно пытался достучаться до юноши. — Это из-за Мин Гу, я прав? Ты снова во что-то вляпался, жертвуя собой ради брата?

— Не твоё дело, — жестко обрезал Юн Сик. – Ты ничего не знаешь. И хватит пытаться меня опекать! – он стряхнул с себя мужские руки.

— Я не верю, что ты здесь по своей воле.

— Я здесь по своей воле, — ожесточённо настаивал Юн Сик. — А что здесь делаешь ты? Милый? – скривился парень, вспоминая обращение господина Сина, и Ли прикрыл глаза, понимая, как всё, что сейчас происходило, было странно и перевёрнуто с ног на голову.

— Это долго объяснять, — отмахнулся хирург.

— Мне тоже.

Ли заметил, что Юн Сик ему не доверяет точно так же, как и он ему. Всё слишком запутанно. И несмотря на это, их всё равно тянет друг к другу с невероятной силой.

— Когда мы сможем встретиться? – спросил Ли.

— Когда господин даст указание.

Ли нахмурил брови. Он не хотел слышать то, что сейчас говорил Юн Сик, и в очередной раз понимать, в какой ловушке оказался молодой человек.

— Я могу свободно передвигаться. Но со мной всегда люди, — продолжил молодой человек.

— Ты живёшь здесь?

— Да.

— Ты догадываешься, зачем ты ему понадобился? – мужчина разговаривал с Юн Сиком, как с глупым ребёнком. Тот лишь ухмылялся, раздражаясь от бессмысленной опеки хирурга.

— Начинаю догадываться.

— Он нас видит сейчас?

— Нет. Это единственное место, где камеры бессмысленны. Растения, — пояснял молодой человек, — они закрывают обзор.

Ли слушал и понимал, что такими данными за несколько дней человек не овладеет.

— Как давно ты здесь? – с ужасом задал вопрос мужчина, уже предугадывая ответ.

— Два года, — стараясь не прятать взгляда, признался Юн Сик.

Ли закрыл глаза и глубоко вздохнул, медитативно успокаивая себя, пытаясь не скатиться в бессмысленные эмоции.

— Я не верю, что ты на стороне Син Ву Цзяня, — хирург противился беспокойным мыслям.

— Я на стороне Мин Гу. А ты? – слегка с претензией поинтересовался юноша.

Ли задумался. Всё было как в тумане.

— Теперь не знаю…

Они замолчали, каждый обдумывая сказанное. Как только их голоса затихали, просыпались чувства, передавая через взгляды теплоту и нежность.

— Есть место, — Юн Сик опустил глаза. Голос его изменился, и он осторожно провёл пальцами по пуговицам рубашки мужчины, – квартира организации. Иногда я там остаюсь на ночь.

— Нет. Если это его квартира, то она нафарширована камерами. Если ты с ним так долго, уже должен знать его почерк.

— Хм, — усмехнулся Джун.

— Что смешного?

— Ты надеешься спрятаться? От него? Видимо, это ты подзабыл, кто такой господин Син Ву Цзянь. Дай ему то, что он хочет, и он быстро к этому охладеет.

— Ты?..

— Нет. Что ты?! Я с ним не спал! Не за этим я ему нужен. Как я теперь понимаю, я — всего лишь наживка для тебя, чтобы сохранить жизнь Мин Гу, — Юн Сик почему-то засмеялся, и от этого смеха у Ли в жилах застыла кровь.

— Нравится жертвовать собой? – разозлился Ли и встряхнул мальчишку. Тот снова тихо засмеялся.

— У меня изначально не было другого выбора. Это ты видишь во мне что-то, что должно сиять, — иронизировал Джун. — Мин Гу знает, какой ты романтик? – снова смех.

Юн Сик раз за разом выбивал почву из под ног хирурга, оставляя того незащищённым и слегка потерянным. Как глубоко он видит Ли и как воспользуется этими знаниями?

— Не парься, всё закончится хорошо, — успокаивал его Юн Сик. – У этой связи нет будущего. Главное вовремя избавиться от лишних иллюзий и решить – бежать без оглядки или получить, пусть временное, но всё же удовольствие. – Джун говорил и выглядел так, словно он старше Ли на много лет. – Убежать не получилось… — с сожалением подытожил юноша.

— Ты хочешь свести меня с ума? – Ли запустил пальцы в волосы парня и крепко сжал в ладонях, притягивая к себе. Он говорил тихо, слегка прикасаясь губами к губам Юн Сика, обжигая их горячим дыханием.

— Если получится.

— Мне тоже интересно, что из этого получится, — набрасываясь на Юн Сика, пожирая его настырным поцелуем, Ли готов был убить этого мальчишку за то, что тот одним своим существованием ставил под сомнение всё, во что мужчина не хотел верить.

 

Син Ву Цзянь остался в кабинете. Он снял пиджак, стянул галстук с шеи и налил виски в стакан. Сегодня он праздновал свою маленькую победу. Улыбка не сходила с его лица, он был в хорошем расположении духа. Мужчина поудобнее уселся в кресле и достал из ящика стола фотографии, на которых был запечатлён Ли. Здесь были разные снимки: от откровенных, сделанных во время сессий в клубе хирурга, до простых уличных, где красивый мужчина садился в машину или находился рядом с домом или клиникой. На этих снимках был и Мин Гу. Но господина волновала одна единственная фотография – драгоценность его коллекции. Он нашёл её в большой стопке по стёртым углам. И вновь, рассматривая её с возбуждением, Син Ву Цзянь находился в эйфории. На снимке был всего лишь силуэт двух мужчин, стоящих ночью у окна, целующихся с таким упоением, что казалось весь мир вокруг них замер. Господин Син обладал тайной, о которой не знали даже эти несчастные, отдавшиеся минутному порыву страсти. А ведь на этой фотографии был запечатлён момент зарождения чего-то большего, что впоследствии заставит этих двоих ползать на коленях, заставит совершать опрометчивые поступки, оправдания которым они не смогут найти. Чем больше господин всматривался в фото, тем сильнее начинал смеяться, предвкушая невероятно интересные события, ожидающие всех, кто случайно оказался в поле зрения триады.

— Джианг, уже скоро. Придёт день, и ты увидишь в своём отражении меня, — господин Син произнёс эти слова, как тост, и залпом осушил содержимое стакана. А после, довольный, рассмеялся.

Ему, во что бы то ни стало, хотелось разделить свою радость и он, набрав телефон помощника, приказал привести к нему Юн Сика. Тот как будто только и ждал распоряжения господина и появился на пороге его кабинета через пару минут.

— Вызывали?

— Проходи, — мужчина указал на место на диване для гостей. Через какое-то время он подошёл сам и протянул мальчишке стакан с крепким напитком.

— Я не люблю. Вы же знаете.

— Сегодня особый день.

— Только не для меня, — Юн Сик продолжал держать лицо и строить из себя дурачка.

— Ты думаешь, я буду тебя уговаривать? – жестко произнёс мужчина, и Юн Сик понял, что лучше выпить. Он взял стакан и поклонился в знак уважения. – Ну, рассказывай. Как прошёл твой день?

— Вы позвали меня, чтобы посмеяться надо мной?

— Почему ты так решил?

— Вы знаете, что я не ожидал увидеть здесь Ли. Вы намеренно это сделали. И видели мою реакцию. Что ещё я могу вам рассказать?

— Выпей. Ты слишком напряжён, — мужчина насильно поднес ко рту юноши стакан и заставил того сделать несколько больших глотков. Юн Сик поморщился, но подчинился. Крепкие напитки он терпеть не мог. Ещё с детства. Было противно чувствовать этот запах и терпкий вкус на губах. – Мы с тобой не первый день знаем друг друга, а я никак не могу приучить тебя быть мужиком.

Юн Сик резко обернулся в сторону господина и обжёг его совсем не скромным взглядом, наполненным злобой и яростью.

— Вот, так уже лучше, — Син Ву Цзянь похлопал его по плечу. – Когда ты к нам пришёл, — он раскинулся на диване, — ты был совсем мямлей. Даже оружие держать не мог. Шарахался от всего. Но я сразу разглядел в тебе стержень. Сильный дух не спрячешь. Надеюсь, ты меня ещё удивишь. Я жду того дня, когда мы с тобой сможем напиться как следует, как мужчины, и открыть друг перед другом свои души. Только благодаря этому зелью, — он показал на выпивку, — мужчина открывает свою душу.

— Что вы хотите увидеть в моей?

— Твоя — самая интересная, — заулыбался хозяин. – Был бы ты женщиной, из-за тебя не раз возникали бы войны.

— В ней нет никакой ценности. Не нужно придумывать своим поступкам оправданий, используя других людей.

— Ты злишься.

— Вы меня обманули.

— Никогда я тебя не обманывал.

— Вы лгали, когда говорили, что банда Мин Гу вас не интересует. Это всё из-за Ли, я прав? – Юн Сик начинал разгоняться, забываясь в присутствии господина. — Из-за него вы хотите разрушить семь звёзд? Из-за него вы так ко мне относитесь? Я никак не мог понять, почему именно мне выпала честь быть приближённым к вам? Я всего лишь голодранец с улицы, который искал брата. Каким я был тупым. Вы знали, что Мин Гу любовник Ли. Поэтому меня взяли в банду? Я был тем, кто приведёт вас в самое сердце пусанской мафии. Как я мог поверить гангстеру? – Юн Сик сам удивлялся своим словам. — По этой причине вы отпустили меня на полгода? Кто он для вас? Сын? Нет. То, как вы на него смотрите… Он ваш любовник.

— Интересно, если я продолжу молчать и позволю тебе говорить дальше… Как много ты сможешь рассказать обо мне?

— Простите, — Юн Сик моментально опустил взгляд.

— Нет, мне стало любопытно. Продолжай, — хозяин наполнил стаканы и взглядом заставил юношу выпить ещё один.

В этот раз Юн Сик не поморщился, а достойно сдержал эмоции на лице, терпя обжигающий привкус во рту.

— Что вы хотите с ним сделать? – продолжил он. — Насколько я вас знаю, вы любите преподносить уроки. Что он сделал такого, за что вы хотите его наказать, разрушая чужие жизни?

— Наказать? – мужчина засмеялся. Юн Сик заметил, ещё немного и Син Ву Цзянь сорвётся и разразиться гром. Молодой человек научился узнавать предвестников апокалипсиса в душе господина и немного вжался в спинку дивана. – Ты прав. Для меня любовь – это наказание. Я хочу наказать Джианга и преподнести ему самый драгоценный подарок. Но ты ошибаешься на свой счёт. Я бы никогда не вкладывал столько усилий всего лишь в какую-то приманку.

По спине Юн Сика пробежал холодок. Он замер, забыв сделать вдох.

— Вы всё слышали? – с ужасом произнёс парень и прикусил губу, понимая, что в оранжерее если и не было камер, то прослушка точно установлена. На лице Син Ву Цзяня растянулась зловещая довольная улыбка. Юн Сика иногда бросало в дрожь от этой гримасы, потому что никогда не было известно, что последует за ней. Господин мог, как отец, похлопать по плечу и отпустить, мог же и ударить, срывая свою злость на любом, кто попадёт под горячую руку. Но боль в данном случае Юн Сика не пугала. Ему стало страшно, что нет ничего, что можно было бы скрыть от глаз и ушей босса триады.

— Не тушуйся. Так ведь проще, согласись? – ехидно потянул своим низким голосом мужчина. — Не нужно будет скрываться от меня и прятаться по углам, как крысам. Я даже рад, что вы оказались в такой тесной связи. Для меня это подарок судьбы – вы оба связанны одним человеком, которого боитесь потерять. Мощная манипуляция, не правда ли? – глава триады улыбнулся, но тут же на его лице возникло убийственное выражение, которое Юн Сик запомнит надолго. — Если я узнаю, а я узнаю, что будет утечка информации для семи звёзд, вы с Ли лично будете присутствовать на казни вашего драгоценного Мин Гу.

Глава 2. СОТВОРЕНИЕ АДАМА

Был поздний вечер, когда машина Ли подъехала к клинике. Его надзиратель, а теперь уже водитель и охранник, высокий и угрюмый Вэй открыл мужчине дверь и вежливо кивнул головой. Хирург обычно не упускал возможности отпустить пару острот, но этим вечером он был сам не свой. Молчаливый и задумчивый, Ли всю дорогу смотрел в окно, но, похоже, его интересовал далеко не пейзаж. За то короткое время, как Вэя приставили к хирургу, тот уже успел изучить некоторые привычки и повадки нового господина, поэтому ему и показалось странным, что они не сразу поехали домой.

Ли, ничего не объясняя, скрылся за дверьми чёрного входа, оставляя водителя в недоумении. Хирург, как на автопилоте, передвигался по знакомым коридорам, проходя мимо персонала, пытавшегося с ним что-то обсудить. Он никого не замечал, не слышал и не хотел видеть. Мужчина словно пребывал в параллельной реальности, где время и пространство были искажены. Однако даже при этом мозг его работал, как машина, точно зная, что необходимо хозяину. Ли быстро зашёл в свой кабинет и закрылся изнутри. Пройдя в гардеробную, он неспешно стал снимать с себя всю одежду, оставаясь абсолютно голым. И только когда почувствовал озноб, он посмотрел в зеркало и очнулся, понимая, что делает.

Неосознанно он хотел скрыть любые признаки контакта с Юн Сиком на своей одежде, коже. Зная, что Мин Гу за версту почувствует запах брата, хирург инстинктивно избавлялся от всех улик. Он боится? Эта мысль шокировала его. Сначала он подумал, что делает это ради Юн Сика. Если Мин Гу узнает, что брат где-то поблизости и, ни больше ни меньше, в сердце самой китайской мафии, то это знание поставит под угрозу жизни многих людей, а Джун попадёт под перекрёстный огонь. Через пару секунд отражение в зеркале ухмыльнулось, насмехаясь над мужчиной и его трусостью. Нет, основной причиной такого его поведения был страх стать разоблачённым любовником.

Ли никогда не страдал угрызениями совести, когда менял партнёров, даже находясь в тесной связи с Мин Гу. Конечно, многое изменилось за последнее время, и Ли сам обещал Мин Гу искоренить эту пагубную привычку. Но мало ли, что он обещал. Хирург не воспринимал свои обещания всерьёз. Однако с тех пор кроме Мин Гу у него никого не было и не хотелось. Ли на секунду задумался о том, что поездки в клуб стали необходимой формальностью для решения административных вопросов. В сессиях мужчина больше не участвовал. С каких пор? Хирург не задумался об этом ни разу! Чем в последнее время были заняты его мысли? С появлением господина стресса было хоть отбавляй, а Ли знал только один способ сбросить лишнее напряжение – секс. И не просто секс, а целый ритуал, иногда переходящий в оргию с несколькими партнёрами. Выстраивая цепочку событий, мужчина вспомнил недавний марафон с любовником. Тот в новой роли пытался испробовать в постели всё, на что была богата его фантазия. Ли улыбнулся, и в груди разлилось теплом. Он снова укололся о мысль, что по-прежнему относится к Мин Гу, как к ребёнку. Он! Это он так видит его и ничего не может с собой поделать. Успокаивая себя тем, что на любые изменения необходимо время, Ли решил просто ждать. Это было не страшно. Страшно было другое. Юн Сик. Они с братом были диаметрально противоположными, и эти различия возбуждали и притягивали хирурга словно магнитом и к одному, и к другому. Ли отдавал себе отчёт в том, что как только он начал заигрываться с Юн Сиком, ещё в самом начале – эти эмоции оказались куда острее любых сессий в клубе. Жизнь хирурга со всех сторон била буйными яркими красками, а он, по какой-то причине, не отследил этот момент, быстро привыкая к тому хорошему, которое сейчас больно шарахнуло его по голове, столкнув с реальными опасными последствиями.

Ли рассмеялся. Господин Син, Мин Гу, Юн Сик — мужчина попал в бермудский треугольник любовников. Похоже, он потерялся в чувствах и теперь не знает, как ему найти дорогу обратно. Стоя обнажённым напротив зеркала, сейчас он думал только об одном – как не ранить чувств Мин Гу. Он был шокирован этим откровением. По всей видимости, братья имели такую власть над ним, что вместе с любовью и страстью, в душе возникали совсем неприятные ощущения, не беспокоившие Ли раньше. Боль, тоска, вина… Вина!? Откуда у хирурга муки совести? У него и совести-то никогда не было. Зачем она? Бесполезная эмоция, разрушающая чёткий алгоритм в мыслительных процессах хирурга. Это плата за страсть? Плата за любовь? Чем больше Ли погружался в себя, тем меньше он понимал, что происходит.

Хирург поднял с пола одежду и понёс её в душевую. По привычке открывая корзину для белья, он был готов бросить в неё грязную одежду, как обычно делал перед операцией или после. Но в этот раз рука Ли застыла. Он не отследил, что сподвигло его на этот шаг, но через мгновенье он поднёс охапку одежды к лицу и утонул в мягкой ткани, вдыхая еле уловимый запах Юн Сика.

«Мин Гу знает, какой ты романтик?» — звучал в голове голос юноши. И Ли снова расхохотался, удерживая нарастающую истерику. А после он резко успокоился и, как робот, педантично и аккуратно сложил одежду и убрал её в шкаф. В этот вечер хирург запретил себе чувствовать что бы то ни было.

Вечер и ночь с Мин Гу прошли скомкано. Ли всячески пытался чем-нибудь себя занять, стараясь снова не попасть в глубокую яму одержимости и страсти. Каждое прикосновение Мин Гу и его приближение било током напряженное тело. В этот момент хотелось повалить его и сделать больно так, как он проделывал это с ним много раз, утопая в их совместных сексуальных фантазиях. Но потом он вспоминал лицо Юн Сика, и вина (перед кем?) убивала всякое желание.

Ли всегда поражало чутьё депутата Кима и то, как его интуиция работала в паре с дальновидностью. Хирург не удивился бы, если бы узнал, что Ким в прошлой жизни был провидицей. Представляя его в облике старой женщины с магическим шаром в руках, Ли рассмеялся. Но как врач, он возвращался в реальность и находил талантам депутата другое объяснение. Скорее всего, у Кима хорошо развито внимание, и он обладает отменной памятью. Ким Тэ Сон читал людей, и если они начинали вести себя странно, его радар тут же реагировал на изменения в их поведении, подключая опыт. Хирург каждый раз напоминал себе об этой способности друга и старался рядом с Тэ Соном держать лицо во избежание неудобных для себя разговоров. По правде говоря, его веселили такие их интеллектуальные игры. Но только не сейчас. Ким, как собака, почувствовав опасность, уже с утра наведался в клинику. Конечно «просто так», «по пути», «между делом». Ли не верил в эти его заигрывания, как и сам Ким понимал, что врача не провести, поэтому быстро перешел к делу.

— В следующий раз вместо кофе привози холодный зелёный чай, если хочешь сделать мне приятно, — делая глоток из стаканчика, странно поблагодарил Ли.

— Следующего раза не будет. Не хочу тебя часто баловать. От рук отобьешься, — флиртовал Ким, нагло сев напротив Ли на его рабочий стол.

— Какие серьёзные у тебя на меня планы, — обрадовался мужчина, растекаясь, как патока, под эгоистичным взглядом депутата. – Кофе, в таком случае, будет недостаточно.

— Хорошо. Назови свою цену. Что ты хочешь за информацию? – Ким вмиг стал серьёзным.

— Всё зависит от того, что ты готов за неё предложить? – парировал хирург, отвечая ровно тем же циничным голосом, каким обратился к нему депутат.

— Я могу снять с должности Мин Гу. Это весомая плата за то, чтобы ты стал посговорчивее?

— Ты этого не сделаешь. Твоё чуткое сердце не позволит тебе так с ним поступить.

— А тебе позволяет? – Ким начинал злиться.

— Ему не грозит опасность.

— А нам? Он — часть синдиката. Я понимаю, ради него ты на многое пойдёшь. И если придётся выбирать между семью звёздами и Мин Гу, ты нас заложишь, как пить дать.

— Откуда такая уверенность? – Ли был спокоен как удав, включая всё своё обаяние, используя его на Киме, как оружие против импульсивного мужчины.

— Ты знаешь, кто под меня копает. И наверняка уже в курсе о дальнейших планах толстопузых извращенцев, у которых безлимитный абонемент в твой клуб. И раз ты мне не говоришь, кто это, я делаю вывод, что или ты боишься этих людей, или у тебя есть своя выгода.

— Когда это я тебе рассказывал о чьих-то планах? – опасно и грубо спросил Ли. — Почему ты уверен, что в этот раз я изменю своим привычкам? Я не Тэ Су, ты меня своей манией величия не покоришь. – Было непривычно слышать от хирурга атакующие речи. Ким вообще не мог вспомнить, чтобы Ли когда либо так открыто выражал свою позицию.

— Кто приказал похитить Мин Гу? – не сдавался Тэ Сон.

Ли непроизвольно опустил глаза.

— То, что ты был к этому причастен, я понял сразу. Но кто стоит за тобой? Чьи указания ты выполняешь?

— Ты реально думаешь, что если бы всё обстояло именно так, как ты говоришь, я бы смог тебе о чём-то рассказать? Подумай хорошенько. Я уже не раз говорил тебе – ты прёшь напролом, упуская важные моменты. Дьявол кроется в мелочах. Но тебе хочется поскорее всех нагнуть и тут же выебать. Тебе не хватает терпения.

— А ты стал выходить из себя. Это что-то новенькое.

— В мелочах, — ещё раз обратил внимание Ли.

— Тебе всё равно придётся делать выбор. Мин Гу не может руководить синдикатом, пока ты пытаешься усидеть на двух стульях, — Ким продолжал давить, переводя стрелки на Ли, стараясь расшатать его посильнее. — Возможно, мне не хватит смелости поставить его перед выбором. Но поверь, я смогу сделать этот выбор за него. И если ты им дорожишь, ты будешь сотрудничать с семью звёздами, — прозвучало как приказ. – Интересно, правда, как меняется жизнь, когда ты берёшь за кого-то ответственность? — улыбнулся Тэ Сон, предчувствуя скорейшую победу.

— О чём ты?

— С того дня, как ты его встретил, всё шло к этому. Это неизбежно. Ты не сможешь вести двойную жизнь и быть свободным, как прежде. Всегда приходится выбирать и от чего-то отказываться.

— Видимо, мы по-разному понимаем слово «ответственность». Не всё так однозначно, как может показаться на первый взгляд, — не теряя самообладания, Ли всё ещё пытался вразумить Кима, который по привычке действовал, как гангстер.

— Этим ты себя оправдывал, когда позволил поджечь Мин Гу? – на десерт выдал политик, ожидая от старого друга капитуляции.

Ли злорадно ухмыльнулся.

— Любопытно, какие оправдания находил для себя ты, когда хотел накачать Юн Сика наркотой и изнасиловать? Каждый из нас защищает своё. Ты, оказывается, ещё больший эгоист, чем я, раз вздумал читать мне нотации, — Ли встал из-за стола и теперь смотрел на Кима на равных. Да уж, Ким, как ребёнок, прёт напролом. Похоже, Чон ещё сильнее этому поспособствовал, разбаловав его.

— Я не хочу, чтобы он пострадал, — сбавлял обороты Тэ Сон, чувствуя, что его энтузиазм не оценили по достоинству.

— Что ты выберешь, синдикат или Мин Гу?

— Синдикат, — честно ответил Ким.

— А я Мин Гу. Прекращай пытаться меня нагнуть. Ты всё понимаешь. И если хочешь угостить меня чашечкой чая, будь в следующий раз повежливее. Напоминаю, ты играешь на чужом поле, и тебе придётся смириться с правилами игры, установленными не тобой. Чем скорее ты это поймешь, тем лучше будет для тебя. И для синдиката, — Ли вышел из-за стола. В углу комнаты находился мини-бар, но вместо бутылок со спиртными напитками там были чайные приборы. Разлив чай в красивые чашки, хозяин вежливо поставил одну из них их перед гостем. — Сразу видно, что ты совершенно не умеешь ладить с женщинами. Ты очень нетерпелив.

Впервые за многие годы, а Ким и Ли знали друг друга больше десяти лет, Тэ Сон наконец увидел перед собой настоящего Ли. Депутат почувствовал себя мелким сопляком рядом с мужчиной, который чётко дал понять, что как бы Ким его ни шантажировал, Ли никогда не склонит перед ним головы и не будет работать на него. А вот чай попить – сотрудничать  – тот, судя по всему, готов. И вправду, Тэ Сон слишком торопится. Если он хочет заполучить Ли в свою команду, а это было бы мощнейшим оружием, ему необходимо наблюдать, ждать и, в первую очередь, уважать методы хирурга, стоя с ним на равных. Ким в очередной раз убедился, что Гун Хён и Дон Хван любили китайского мальчика не только за красивые глаза.

Разойдясь на дружеской ноте, с трудом принимая чужие правила игры, Киму ничего не оставалось, как ждать. Ли же, оставшись один, чуть не разнёс к чёртовой матери весь кабинет. Давление со всех сторон путало мысли в голове, вызывая раздражение. И это мерзкое чувство вины. Откуда оно вообще появилось? Каждый раз, когда речь заходила о Мин Гу, вина атаковала его, искажая чувства к партнёру. Скоро это может стать заметным и отговорки по типу «завтра рано вставать» начнут вызывать подозрения.

Они с Юн Сиком обменялись номерами телефонов на случай непредвиденных ситуаций. Но непредвиденная ситуация возникла сразу же, как только Ли остался один. Хирург мечтал только об одном – оказаться рядом с мальчишкой и не выпускать его из своей постели до тех пор, пока не насытится им, не испробует на вкус всё его тело, пока не начнёт задыхаться без сил, падая в нежные объятья. Он хотел услышать его голос. Услышать своё имя, произнесённое этим слегка грустным, отчаявшимся, но по-прежнему дерзким голосом. По какой-то причине Ли воспринимал Юн Сика старше его возраста, и по этой же причине тембр юноши, слова, мысли – всё это вызывало непостижимый интерес. Ещё немного и хирург точно свихнётся. Он становился одержим мальчишкой до такой степени, что был не в состоянии прекратить этот нескончаемый водопад страсти. Он взял в руки телефон, готовый немедленно набрать пока ещё незнакомый номер, но в тот же момент остановил себя. Он знал, что хочет ему сказать, только как этот поступок повлияет на дальнейшую судьбу Юн Сика? А Мин Гу? Еще вчера в оранжерее всё было ясно, как день, а сегодня хирурга атаковали беспокойные мысли и сомнения. От его действий зависели две важные для него жизни. До конца не понимая мотивов Син Ву Цзяня, Ли не мог так опрометчиво рисковать, как бы сильно он ни желал юношу. Чем дольше тянулось время в уговорах самого себя, тем больше он склонялся к мнению, что эта связь невозможна, и лучше её не начинать вовсе, чем впоследствии горько о ней сожалеть. Да, решено! Ли в лепешку расшибется, но возьмёт под контроль свои чувства. Ради Мин Гу. Ради Юн Сика.

Стоило разобраться с душевными терзаниями и немного воспрять духом, как судьба тут же подкинула новые испытания, действуя исподтишка, проверяя принятые решения на прочность. Во второй половине дня охранник Вэй сообщил, что хирургу немедленно необходимо выехать в особняк Син Ву Цзяня. Тот ожидает его по срочному вопросу. Какие такие срочные вопросы нельзя решить по телефону? Наверняка этот старик снова будет играть на нервах, любуясь, как его питомец мечется по клетке в поисках выхода. Приняв правила игры господина, Ли подписал с ним договор — работать на триаду. А это означало, что он не мог не подчиниться.

В этот раз хирурга привезли в закрытый бойцовский клуб, где тренировали будущую армию китайской мафии. Возможно таким образом господин хотел показать своё могущество, дабы у Ли не возникло даже мысли, что триаду можно победить и вообще противостоять ей.

Это было большое помещение, где бойцы бились друг с другом не на жизнь, а на смерть, показывая господину свои умения. Син Ву Цзянь сидел по центру напротив ринга, с удовольствием наблюдая за кровавым представлением. Вокруг него полукругом со спины стояла личная охрана босса: как статуи, их лица не выражали ничего. Лишь один единственный человек, его приближенный помощник, сидел по правую руку от шефа и смел вести себя поживее, но всё равно с той же услужливой фанатичностью. И конечно, по-другому не могло и быть, слева от Син Ву Цзяня сидел Юн Сик. Ли сразу его заметил. Парень не отворачивался от боя, смело наблюдая, как двое мужчин, перепачканные кровью друг друга, боролись до последнего, доказывая хозяину, кто из них больше достоин находиться рядом с ним. Судя по тому, с каким безучастным лицом на это всё смотрел Юн Сик, это не первый его бой и не последний. Вот почему Ли не мог сразу определить, кто из братьев монстр, имеющий недюжинные способности и умения. Когда при первой встрече Ли запустил в Юн Сика ножом, тот с потрясающей реакцией отразил атаку, поймав холодное оружие определённым способом. Таким, как могли только профессионалы. Хирург знал в этом толк. Ли с детства проводил время на подобных развлечениях, как сейчас Юн Сик. И скорее всего, его так же, как и Ли, обучают боевым искусствам. Зная господина, тот с охотой вкладывал знания в своих любимчиков, не жалея ни ресурсов ни времени на их развитие и становление.

Ли не заметил, как увлёкся, наблюдая за юношей и его реакциями. Тот почувствовал, что на него смотрят, и рефлекторно перевел взгляд направо к выходу, где в проходе стоял мужчина. Юн Сик не удивился, а значит, господин докладывает ему о передвижениях хирурга. Босс тут же, не отвлекаясь от боя, показал жестом в сторону гостя, и Юн Сик, послушно встав с места, направился к Ли. Проходя мимо, он лишь попросил пойти за ним, при этом не показывая ни единой эмоции на лице, словно они видели друг друга впервые. Ли неприятно резануло этим безразличным холодным взглядом, но потом он подумал, что так даже лучше — ему не придется изнывать от боли, отталкивая Юн Сика от себя.

Оставив Вэя позади, они шли по длинным темным коридорам, больше похожим на складские помещения: пустые, холодные и мрачные. Видимо где-то здесь скрывается кабинет Син Ву Цзяня. Тот настолько любил комфорт и порядок, что где бы он ни находился, везде должно было быть личное пространство для хозяина. В ушах Ли стучал звук их шагов: чётких, твёрдых, тяжёлых, как биение сердца хирурга. Он шёл чуть позади Юн Сика, не заметив, как постепенно разум освобождал место чувствам. Сегодня юноша выглядел ещё притягательнее и сексуальнее. Лёгкая кожаная чёрная куртка, узкие джинсы, обтягивающие его небольшую попку. Ли сделал тяжёлый вдох и в этот момент почувствовал, что стук сердца участился, а их шаги замедлились, создавая сильный резонанс. Он всё понимал, но медлил, заставляя Юн Сика нервничать. Тот повернулся к нему лицом и увидел отчаяние, какого раньше никогда не наблюдал на уверенном лице мужчины. Обмениваясь взглядами, Юн Сик уже понимал, о чём думает Ли. Он видел этот взгляд в ту самую ночь, когда неистово цеплялся за мужчину в поисках любви, а тот, пытаясь его спасти, убивал своим отказом.

В этот раз что-то было по-другому. На удивление, Джун смотрел уверенно, чего нельзя было сказать о Ли. Тот алчно пожирал юношу глазами, но не делал поспешных движений в его сторону. Взвешивая за и против, Ли чувствовал, что в битве с самим собой он проигрывает, теряя самоконтроль. Юн Сик первым подошёл вплотную и несмело прикоснулся губами к приоткрытому рту мужчины, явно ожидающему поцелуя. Бесстрашие Юн Сика оказалось последней каплей хирурга и тот, схватив его за загривок, как нашкодившего кота, впечатал в стену и набросился на парнишку, словно ненормальный.

Юн Сик его раскусил. Откуда этот мальчишка знает слабые места Ли? Неужели, связанные Син Ву Цзянем, они оба понимали друг друга без слов? Джун был первым и единственным, кто слышал мужчину, кто видел его насквозь, и кому Ли впервые хотел довериться всей душой. Выбирая между братьями и собой, мужчина снова выбирал себя. Он целовал Юн Сика, отдавая себе отчёт в том, что, похоже, его жажда сильнее страха перед совестью. Однако, чуть утолив свой голод, Ли снова спускался с небес на грешную землю со взглядом, наполненным яростью и злобой на себя, на Юн Сика. Им нельзя встречаться! Нельзя!

— Я не могу! — простонал он, отодвигая от себя юношу. — Я с ума сойду, если мы продолжим в том же духе.

Юн Сик как будто бы не удивился странному поведению мужчины и лишь с пониманием провёл пальцами по щеке Ли, чувствуя подушечками чужую тёплую кожу. Этот жест ещё сильнее вывел хирурга из себя и он, перехватив руку Джуна, убрал её подальше от своего лица.

— Ещё тогда я понял, какой ты нерешительный, но не думал, что до такой степени, — спокойно говорил парень, слегка улыбаясь. Только глаза не могли скрыть разочарования.

— Я хочу тебя, — как безумец говорил Ли, пробираясь руками под одежду молодого человека, подтверждая действиями свои слова. — Но я понимаю, что это навредит тебе. Син Ву Цзянь только этого и ждёт. Зачем?

— Ты думаешь, он приказал мне соблазнить тебя?

— Нет. Конечно, нет. Но я не хочу играть по его правилам. Не хочу попадать в расставленные им ловушки. Ты разве не видишь, что мы у него, как на ладони, будто подопытные. Он спит и видит, когда мы оступимся и совершим что-то опрометчивое.

— Тебя заботит только это? Как бы не подчиниться Син Ву Цзяню? — презрительно спросил Джун.

— Зачем тебе это нужно? Ответь! Пока мы можем, лучше остановиться. Иначе это принесёт боль. Много боли.

Юн Сик опрокинул голову назад и с тяжелым выдохом упёрся затылком в стену. Ли обратил внимание на его тонкую длинную шею, дёрнувшийся кадык, и прикрыл ненадолго глаза, чтобы не поддаваться соблазну. Он по-прежнему удерживал Юн Сика, не замечая, как руки и ладони жили своей жизнью, сминая на юноше одежду, нежно поглаживая большими пальцами оголённые участки кожи.

— Боль? – Юн Сик вернулся из размышлений и странно посмотрел на Ли. – Какая боль? Это всего лишь секс.

— Я тебе не верю.

— У тебя нет выбора.

— Ты бы никогда не поступил так с Мин Гу, просто ради секса, — уверенно произнёс Ли.

— Поэтому я и могу так поступить, потому что ничего к тебе не чувствую, — смело отвечал Юн Сик.

— Тогда что это? Как это называется?! – Ли встряхнул его.

— Ты — единственный, кто во мне нуждается. Я хочу отдать тебе то, чего ты так сильно желаешь.

— А что ты получишь взамен?

— Вот этот момент – то, как ты на меня смотришь сейчас, — Юн Сик говорил спокойно и был искренен в чувствах и выражениях, что запутывало хирурга ещё сильнее.

— Какую игру ты ведёшь? Я не понимаю!

— Ты так заигрался, что во всём ищешь подвох. Вы с Син Ву Цзянем стоите друг друга. Я просто хочу стать твоим. На время. Мне большего не нужно. Но я никогда не встану между тобой и Мин Гу.

— Это меня и пугает. Я боюсь возненавидеть его за то, что он станет причиной…

— Замолчи, — Юн Сик отшвырнул от себя Ли и поправил одежду. Он точно не ожидал услышать подобных откровений. – Ты любишь его, – с нажимом, утвердительно произнёс парень. – Мы должны закончить то, что начали, и поставить в этих отношениях жирную точку. Это страсть, похоть, не больше. Как только мы получим желаемое, всё вернётся на свои места.

«Ох, как же этот мальчик ещё наивен!» – подумал Ли. Юн Сик недооценивал свою силу, предлагая себя, как разменную монету. Если бы он только знал, какую власть над Ли уже имеет, он бы не был так смел и отважен.

— Нет, — чётко и собранно возразил Ли. – Ради тебя я больше не прикоснусь к тебе.

— Ты уверен, что ради меня?

— Абсолютно.

Глаза Юн Сика заблестели. О боже! Ему больно! Чёрт! В какой момент произошло то, чего никогда не должно было случиться? Джун сам понимает, что его снедает не страсть, а любовь? Глядя на это детское, беспомощное лицо, ощущая боль юноши, как свою, Ли не мог больше отмахиваться от очевидного – он безумно влюблён в Юн Сика. Его мечта сбылась, и судьба подарила ему чувство, о котором он грезил и ждал всю жизнь. Но как несправедливо узнать, что любовь есть, она существует, но навсегда останется для тебя недосягаемой!

 

Глава 3. ГНИЛЫЕ ВОСПОМИНАНИЯ

Он устал. Устал жить. За свою короткую жизнь чего он только не пережил, борясь за право просто быть. Он уже ничего не хотел, смиряясь со своим положением: служить другому человеку и умереть за брата. Единственное, о чём он мечтал напоследок — он хотел испытать любовь. Простую, человеческую, земную любовь. Он мечтал хоть на мгновение позволить себе делать то, что хотело его сердце, и почувствовать на себе взгляд, полный заботы и страстного желания. Он хотел успеть прожить свою жизнь.

После гибели родителей Юн Сик потерял всё: мать, отца, брата, дом. Оставшись один на один с трудностями, последовавшими вслед за несчастным случаем, парню быстро пришлось повзрослеть, принимая взвешенные, разумные решения. Он боялся, что Мин Гу начнут разыскивать и смогут привлечь за убийство отца. Конечно, маловероятно, что кто-то будет расследовать дело об убийстве супружеской пары алкоголиков, но резкое исчезновение Мин Гу насторожило следователей. Юн Сик оббил не один порог, придумывая разные сказочки про старшего брата, уводя внимание полиции от Мин Гу.

До совершеннолетия ему два года пришлось жить под наблюдением в одном из детдомов Сеула, где он вдоволь насмотрелся той реальности, о которой лучше бы никогда не знал. Там он научился защищаться. Несколько раз он пытался сбежать, но каким-то образом полицейские находили его и возвращали обратно. День совершеннолетия стал для него новым рождением, и мальчишка, наполненный мечтами о новой жизни, выпорхнул во взрослую жизнь.

Он скучал по брату. Безумно, нестерпимо. Но всё это время понимал, что любые столкновения с Мин Гу принесут последнему проблемы, от последствий которых Юн Сик хотел защитить старшего даже ценой своего счастья. Шло время, и новая долгожданная жизнь оказалась не такой радостной и безоблачной, как надеялся юноша. Денег не хватало даже на еду, не говоря о жилье. Юн Сик выбирал работу в ночных клубах и разных притонах, где хозяева выделяли ему койко-место. В таком режиме он просуществовал несколько месяцев, пока однажды не столкнулся с главой китайской мафии Син Ву Цзянем. Тогда ещё Юн Сик не понимал, что такое триада, и не воспринимал всерьёз китайских гангстеров. В тех кругах, в которых крутился Джун, члены разных группировок были обычным явлением и совершенно не пугали юношу.

Юн Сик только сейчас понял, зачем он понадобился главе триады. А тогда, наивный и глупый, он хватался за любую возможность выкарабкаться с самого дна.

В какой-то момент Юн Сик всё-таки стал наводить справки о брате, между делом, интересуясь у клиентов клуба, где он работал барменом. Он надеялся, что если будет знать, что с тем всё в порядке, его душа успокоится и перестанет так тоскливо ныть одинокими вечерами. Как раз в это же время он случайно знакомится с самим господином Сином. Тот однажды задержался в баре на всю ночь и, увлекшись разговором с юношей, предложил ему помощь, а точнее работу. Взамен господин пообещал отыскать Мин Гу,а также предоставить молодому человеку все необходимые условия для жизни. Как объяснил Син Ву Цзянь, он набирал в банду молодых людей, обучал их и по итогу, в конце, принимал избранных в свою семью. Почему-то тогда Юн Сика не пугали ни мафия, ни торговля людьми, оружием и наркотиками — ничего. Он жил среди отчаявшихся бедняков, в преступной среде и воспринимал это как естественный порядок вещей. Его даже не смутило то, что ему и делать-то ничего не пришлось. Син Ву Цзянь сразу же поселил его в своём доме, как близкого родственника, ничего не требуя взамен. Было только одно условие — учиться.

Два года ушло на поиски Мин Гу. Так говорил господин Син. Ясное дело, сейчас Юн Сик понимал, какая это была ложь, и что он — лишь часть игры, затевавшейся Син Ву Цзянем задолго до их встречи. Но за эти два года парню не на что было жаловаться. Он по-прежнему жил в Сеуле, в доме господина, вместе с другими подчиненными, приближенными к шефу. Тот нечасто там бывал, мотаясь между странами, находясь в разъездах большую часть времени. Несмотря на то, что хозяин был китайцем, с Юн Сиком он сначала разговаривал на корейском, а после заставил парня учить свой родной язык под предлогом, что если Юн Сик желает остаться в триаде, ему придётся считаться с культурой китайской группировки. Джун был не против. Впервые за долгое время к нему относились по-человечески. Многое его шокировало, но он старался не обращать на это внимание, убеждённый в том, что жизнь не может быть идеальной. Он занимался собой, усердно работал умственно и физически. Ни на что остальное времени у него не оставалось. Каждый его день был расписан по минутам. Это спасало от одиночества и тоскливых мыслей о брате.

И вот настал тот самый день, когда ему сообщили, что Мин Гу нашли. Он живёт в Пусане и является членом мафиозной группировки. С этого момента жизнь Юн Сика снова перевернулась с ног на голову. Господин внезапно поменял к нему отношение и, если раньше Джун чувствовал, что у него есть выбор, то после того, как был найден брат, перед ним поставили условие. Господин Син предложил на полгода отправиться в Пусан, взять что-то типа отпуска. Он предоставит полный отчёт по Мин Гу, и братья смогут встретиться. Но у всего есть своя цена. По истечении этих шести месяцев Юн Сик обязан вернуться в банду и стать полноценным членом триады, полностью отдав свою жизнь господину. Малейшее неповиновение будет считаться предательством и караться смертью. Глупый и наивный мальчишка, слепо доверившийся господину Сину, принял его предложение не раздумывая.

Юн Сик сидел у окна и смотрел в небо. Только за городом можно было увидеть звёзды. Вспоминая этим вечером свою короткую, но насыщенную жизнь, он думал только об одном — как при всех тех кошмарах и столкновениях с разными людьми он не разочаровался в людях и доверял каждому встречному, видя в них только хорошее? Почему даже Ли, кого он возненавидел больше жизни, ревнуя его к брату, сейчас представал в совершенно другом свете? Какими бы разными они с Мин Гу ни были, но даже в расставании они, как под копирку, каждый проживали свои жизни, придя, в конце концов, к одному и тому же человеку. Теперь он понимает, как Мин Гу любит Ли. С какой страстью и отчаянием борется за него, стараясь сохранить своё счастье. У Юн Сика нет шансов, он должен закончить то, что начал с самого рождения — спасти Мин Гу, если понадобится, даже ценой своей жизни. Но напоследок он позволит себе побыть немножечко счастливым и по-настоящему любимым.

Их прервал Вэй, сообщив, что господин скоро прибудет в кабинет. В полутёмном, воняющем сыростью коридоре, двое мужчин не скрывали своих эмоций, стоя друг напротив друга, недовольными взглядами высказывая охраннику, что он появился не вовремя. Хотя, что ещё тут можно сказать? Ли чётко дал понять, что не намерен вступать в отношения, которые губительно повлияют на жизнь Юн Сика. Последний промолчал, но на лице ясно читалось всё, что он думает о мужчине. Ли на мгновение даже понравился этот колкий взгляд Джуна. Он был наполнен жизнью, энергия которой  вспыхивала огоньками в глазах юноши, когда он был зол на хирурга. Да, именно в тот самый момент, когда Юн Сика приволокли к нему в кабинет, судьба Ли была предрешена. Дикий взгляд мальчишки до дрожи пронзил взрослого мужчину, а его смелый плевок в лицо лишь убедил Ли, что перед ним тот самый человек, каким Джианг был в молодости. Как они похожи! Ли словно смотрел сейчас в своё прошлое, видя перед собой того отчаянного паренька, ищущего любви, но так и не нашедшего её. Джианг сдался и растворился во тьме, которой сопротивлялся долгое время. А этот борется. До последнего. И похоже, готов умереть ради своей миссии. Ему нужна любовь! И почему из всех людей на свете он выбрал именно Ли? Мужчина с сарказмом понимал, что это его епитимья. И желание познать любовь будет для него сродни величайшему наслаждению в пытках. «Всевышний ещё тот игрок», — усмехался про себя Ли, а в душе плакал. Но раз он создан по его образу и подобию, Ли ещё покажет, на что способен, и не допустит, чтобы они с Юн Сиком развлекали не важно какого создателя.

Как и предполагал хирург, сегодня господин был в ударе. Сколько бы ни прошло лет, а Ли мог определить его настроение с полутона. Привычки, выработанные годами, похоже на всю жизнь въелись в его мозг, давая телу сигналы, против которых хирург устоять не мог. При виде Син Ву Цзяня Ли выворачивало от ненависти к этому мужчине. Он раздражал его всем: как он смотрит, как сидит, как дышит! И как хорошо, что рядом есть Юн Сик. Тот каким-то образом действовал на Ли умиротворяюще, успокаивая его ненависть.

— Через три дня я устраиваю банкет для наших партнёров из правительства Пусана. Это те люди, которые помогут нам освоиться на этих землях. Как вы понимаете, это закрытая вечеринка. От неё зависят наши дальнейшие действия. Джианг, многих ты знаешь, и это упрощает задачу, — Син Ву Цзянь присел на углу стола и закурил, возвышаясь над молодыми людьми, располагающимися в креслах напротив. Как всегда одетый с иголочки, он излучал ауру безупречности и на фоне голых кирпичных стен выделялся ещё сильнее.

— Какую? Ты хочешь, чтобы я работал аниматором на балу монстров? – насмехался Ли. — Я не в том возрасте, ты меня переоцениваешь.

— Не спеши с выводами. И ты в прекрасной форме. Со многими из этих людей ты уже был в довольно тесных контактах.

Ли, не поворачивая головы, кинул быстрый взгляд на Юн Сика, словно хотел оградить ребёнка от пошлых, извращённых откровений, о которых ему знать не обязательно. Как и думал мужчина, тот, задержав дыхание, пытался скрыть волнение и не выдать себя, удерживая неприятный комок в груди.

— Давай ближе к делу, — не подрассчитав, откровенно зло поторопил его Ли.

Син Ву Цзянь с интересом смотрел на молодых людей и, конечно, радовался тому, как его зверушки справляются с щепетильной ситуацией.

— На этом мероприятии Юн Сик должен познакомиться со всеми. Зная этих людей, ты ему в этом поможешь. А для тебя уготована главная роль этого вечера.

— Кто бы сомневался, — язвил Ли, не предполагая, что последует за этим.

— Министр финансов, наверняка ты о нём слышал, давно мечтает побывать в твоём заведении. Он человек влиятельный, но скрытный, поэтому для него необходимо устроить приватную встречу.

Вот теперь уже Юн Сик зло посмотрел на господина. Он понял, что эта извращённая махинация предназначена для него. И он, как и предполагал Син Ву Цзянь, среагировал бурно, что не осталось незамеченным. Мысленно Ли ему сочувствовал, представляя, какие чувства сейчас испытывает это невинное создание. Но то, о чём говорил господин, было частью жизни Ли. И как ни крути, и из этого тоже состоит мужчина, в которого мальчишку угораздило влюбиться. Господин тащил Юн Сика в грязь, наблюдая, как Ли этому способствует.

—  Какая информация тебе нужна? – уточнял хирург.

— Как всегда: снимки, слабые места и тотальное подчинение тебе. Чтобы у него при виде тебя слюни текли.

Джун дёрнулся. Он не выдерживал, и Ли срочно нужно было увести разговор в другое русло. Но как только он собрался спасти Юн Сика от информации, которую тот не должен был услышать, хирург подумал, что, возможно, именно эта ситуация и поменяет отношение парня к нему. Точно! Как только Юн Сик в очередной раз убедится, что Ли — грязь, возвышенная любовь юноши испарится. Пусть будет больно, пусть будет обидно, но это намного лучше, чем те страдания, в которые собирается пойти Юн Сик, позволяя любви завладеть им.

— Я согласен, — прозвучало, как приговор, и Ли готов был поклясться, что господин удивился его ответу. А вместе с ним и Юн Сик. — Мне не привыкать, это всего лишь обычная сессия.

«Да, малыш, смотри на меня. Смотри, какой я. Смотри, кого ты полюбил», — думал про себя Ли, откровенно глядя ему в глаза. Он знал, что Юн Сик читает его мысли.

— Ты доволен? — с вызовом спросил хирург Син Ву Цзяня.

— Не то слово. Ты не перестаёшь меня удивлять.

— Это всё? — нетерпеливо и зло перебил Юн Сик.

— Детали мы с тобой обсудим позже, — обратился к нему господин.

— Я могу быть свободен?

— Нет, — прозвучал жёсткий, как удар по наковальне, голос.

— Отпусти его. Мне нужно с тобой обсудить кое-что с глазу на глаз, — Ли как мог спасал положение Юн Сика. У него сердце кровью обливалось, при виде, как мучается парень.

— Иди, — сдался Син Ву Цзянь.

Юн Сик вышел, даже не взглянув на хирурга, словно его больше не существовало. Ли переживёт. Он и не такое переживал. Но Син Ву Цзянь за всё поплатится.

— Чего ты добиваешься? — открыто спросил Ли. — Почему он должен встать между нами?

— Это он так решил. Я не могу заставить человека полюбить. Если бы мог, ты бы сейчас был рядом со мной.

— Только не говори, что тебе нужна моя любовь, — искренне удивился Ли. — Ни за что не поверю. Тебе нужны мои страдания. Причём, в этом даже нет никакого смысла. Тебе просто нравится издеваться надо мной.

— Как тебе над ним? – хозяин кивнул в сторону двери, за которой минуту назад скрылся Юн Сик.

— Не сравнивай меня с собой, — прошипел хирург.

— Тогда что ты сейчас сделал? Он по уши в тебя влюблён, а ты открыто соглашаешься переспать с другим мужчиной. Никогда бы не подумал, что именно ты позволишь кому-то испытывать те чувства, которые когда-то заставляли страдать тебя, — босс с нажимом затушил сигарету о пепельницу.

— Это другое.

— Разве? Так чем же наша любовь отличается?

— Любовь? — Ли засмеялся в голос. Он заливисто расхохотался. — Ты и любовь? Давай я тебе расскажу, как я видел твою любовь. — Син Ву Цзянь помрачнел и почему-то резко стал серьёзным. Неужели он боится откровенных разговоров? — Сколько мне было, когда ты меня изнасиловал? Ах, прости, полюбил, — ёрничал хирург. — До сих пор помню, как ты пьяный ворвался ко мне в комнату и взял силой. — Ли отвёл взгляд, вспоминая ту ночь. Она никогда не сотрётся из памяти Джианга, всё так же явно вырисовывая события в мельчайших деталях. Ли горько улыбался. Ему было жаль того ребёнка, о котором он не вспоминал долгие годы. — Мне было всего четырнадцать, — ухмылялся он. Похоже, чтобы не уйти в боль, Ли ничего не оставалось, как насмехаться над своей судьбой, не воспринимая её всерьёз. — Это любовь, брать силой?

— Если ты помнишь, я спас тебя от куда более серьёзных проблем. Твой отец просто напросто продал тебя за долги, — намеренно жестоко напомнил господин.

— О! И ты возомнил себя спасителем?

— А ты бы выбрал участь пойти на органы?

— Ты считаешь, что та жизнь, которую ты мне дал, она лучше, чем смерть? Там хотя бы сразу было всё понятно. Ты же действовал хитро, мерзко. С двенадцати лет ты держал меня при себе и строил из себя заботливого папашу, — Ли, как безумный, смотрел в глаза хозяина. — А ты, оказывается, заботился не обо мне. Ты выжидал… Каково это, насиловать ребёнка?

— Я любил тебя.

— Точно. Твоя любовь — это наказание. За что? Я был настолько соблазнителен, что ты не мог устоять и наказывал меня за мою невинность?

Син Ву Цзянь откровенно злился. Ли даже не ожидал, что разговор о прошлом так сильно выведет господина из себя. Его убийственный взгляд уничтожал Ли, но тому, почему-то, в этот момент было всё равно. Наоборот, его веселило, что он смог задеть этого напыщенного индюка.

— Не говори, что тебе не нравилось. Ты получал удовольствие вместе со мной, — Син Ву Цзянь не хотел слышать об ошибках прошлого, стремясь хоть как-то оправдаться.

— Это правда. В какой-то момент я понял, что ты не остановишься, и если я не хочу сойти с ума, мне нужно научиться получать от этого наслаждение. Но ты пошёл дальше, — не щадил мужчину Ли. — Одного меня тебе было недостаточно. Ты помнишь, как я валялся в твоих ногах и умолял, чтобы ты оставался только со мной? Только моим. Помнишь? А ведь именно тогда ты был ближе всего к моей любви. Я был готов простить тебе многое, но не предательство. Каждый раз, когда ты развлекался с другими, ты предавал меня. Я был ребёнком, который поверил тебе, а ты его предал. Променял, как какую-то вещь. Что ты на это скажешь? Это тоже любовь?

Син Ву Цзянь молчал. Желваки на его лице проступили сильнее, он был в бешенстве. Ещё немного и эта махина сорвётся.

— Почему ты злишься? Разве я говорю неправду? — Ли продолжал издевательски улыбаться, словно они вели светскую интеллигентную беседу. — Я до сих пор помню этот запах, — мужчина поморщился. — Запах сигарет и спиртного. Запах похоти и предательства. Как ты мог отдать меня другим? – не в состоянии больше играть, с болью спросил Ли. Господин Син немедленно подошёл к нему, схватил за горло и вдавил мужчину в кресло.

— Ты до сих пор думаешь, что ты лучше меня? — процедил он неистово, свирепо. Ещё чуть-чуть и он свернёт Ли шею. А тот лыбился, как ненормальный. Как ему было приятно видеть, что эту мразь ещё хоть что-то трогает. Ли злорадствовал и получал удовольствие. — Тебе напомнить, как ты стонал и просил ещё, когда тебя трахали сразу несколько человек, а я смотрел и любовался тобой. Тебе это нравилось. Как сладко ты стонал, выкрикивая моё имя. Я могу напомнить, как дико это тебя возбуждало. Уверен, никто больше не доставлял тебе такого наслаждения. Соскучился? Я никогда не отказывал тебе в удовольствии, и кончал ты всегда от моего члена. Как я соскучился, ты бы знал. Я бы всё на свете отдал, чтобы вновь оказаться в тебе. Всё! Ты знаешь, я могу, как ты выразился, изнасиловать тебя. Прямо здесь, сейчас, — он наклонился и приблизился к губам Ли. Почувствовав тепло его кожи, о боже, по-прежнему знакомый, родной запах, Син Ву Цзянь в голос простонал, не торопясь, предвкушая и растягивая долгожданный момент.

— Только попробуй, — сдавленным голосом ядовито прохрипел Ли. Его глаза потемнели и ничем сейчас не отличались от взгляда господина — такие же убийственно опасные.

— Я хочу тебя и меня ничто не остановит, — запуская руку в длинные волосы хирурга, Син Ву Цзянь с силой сжал их и оттянул его голову назад, заставляя Ли подчиниться и смотреть только на него. Вторую руку он убрал с шеи любовника и опустил между его ног, пытаясь пробраться к члену сквозь плотную ткань брюк.

— Ты уверен? — прозвучало предупреждение. — Прикоснёшься ко мне хоть пальцем и, я клянусь, я убью себя, — Ли широко улыбнулся. Он знал, что у господина есть слабое место. Всего одно, но хирург уже давно вычислил его. Этой драгоценностью была сама жизнь Джианга.

Син Ву Цзянь громко прорычал и со злостью отшвырнул голову Ли в сторону. Тому не было больно, он ликовал, что ему удалось ранить этого безумного дикого зверя. Как когда-то господин пользовался своей властью над Джиангом, так и он сейчас будет пользоваться властью над ним. Он хороший ученик и тоже умеет делать больно.

Ли не стал задерживаться и вышел из кабинета победителем, оставляя позади загнанное в угол животное. Условие он выполнит и подчинится приказам господина, но на его тело ни один договор не распространялся. Пока хирург мог взять передышку перед следующей схваткой, которая наверняка случится уже в скором времени. Син Ву Цзянь не спустит Ли с рук такого поведения и отплатит ему той же монетой.

Ослеплённый ненавистью и триумфом, он не сразу заметил перед собой Юн Сика. Парень ждал его всё в том же длинном коридоре и, как только увидел Ли, тут же схватил его за руку и оттащил за угол.

— Ты собираешься ему помогать? – шёпотом негодовал мальчишка.

— А ты хочешь сразу раскрыться? Ты же не думаешь, что он идиот. Он знает, что сообща мы будем всё передавать синдикату. Чем дольше мы будем тянуть время, тем больше шансов нарушить его планы. Давай посмотрим, кто из политиков участвует в сговоре с триадой. А уже после можно будет думать, что делать дальше.

— Но ты… — с трудом начинал говорить юноша. Он опускал глаза в пол. Ему было неловко.

— Что я? – не щадил его Ли.

— Ты серьёзно пойдёшь на это?

— Ты про министра финансов?

— Да.

— А в чём проблема? – вызывающе говорил мужчина, безжалостно уничтожая только-только прорастающие ростки любви между ним и Юн Сиком.

Джун не знал, какие слова подобрать, чтобы выразить свои чувства и объяснить, что ему больно.

— Ты разве не в курсе, чем я занимаюсь? — беспощадно продолжал игру Ли.

— В курсе, — мальчишка был обезоружен.

— Почему в этот раз я должен отказаться? Я такой, каким ты видел меня с самого начала. Не нужно меня идеализировать.

— Я тебе не верю.

— У тебя нет выбора, — насмешливо и презрительно ухмыльнулся Ли, отвечая словами самого Юн Сика. – Ты не первый и не последний, к кому я испытываю страсть. Но я понял, что ты единственный, с кем я не перейду черты, потому, что ты брат Мин Гу. Я не хочу его предавать. Это тебе ясно?

— Ясно. Это хорошо, — Юн Сик пытался сглотнуть колючую проволоку обиды, моментально возникшую на слова Ли. Он даже не ожидал, что подобные высказывания так сильно его ранят. – Тогда… Я думаю, на этом стоит поставить точку.

— Рад, что ты это понимаешь. Очень надеюсь, когда всё закончится, ты, наконец, сможешь стать свободным.

— Обязательно. Я тоже этого хочу, — Юн Сик растерянно продолжал смотреть в глаза Ли, но до последнего держался уверенно.

Его выдержке хирург мог только позавидовать, поскольку, попрощавшись с юношей, как будто между ними ничего и не было, Ли, быстро занырнув в машину, зажал рот, удерживая вырывающийся крик. Ему было всё равно, что Вэй его видит и слышит. То ли чувства к Юн Сику, то ли детские обиды, то ли всё вместе вызвало острую невыносимую боль в груди. Точно так же, как когда-то много лет назад, когда он умолял господина Син Ву Цзяня остаться с ним, не бросать его, не уходить к другим любовникам и не предавать доверие юного Джианга. Но хозяин бессердечно растаптывал его, как ненужный сорняк, не считаясь с его чувствами. Син Ву Цзянь прав, сегодня Ли совершил то же самое по отношению к Юн Сику, растаптывая чувства юноши в прах. Хирурга не успокаивало даже жалкое оправдание, что он это делает ради него. Ли повернулся к нему спиной, оставляя Юн Сика в этом большом, холодном, совсем небезопасном месте совершенно одного. Одного. Без какой либо защиты. Без брата. Без поддержки. Без любви. Он, как никто, понимал эти чувства, от которых убегал много лет. Вспомнив про господина, Ли сильно зажмурил глаза и смог остановить ноющую боль, перекрывая её лютой ненавистью к этому ублюдку. Сейчас он был решителен, как никогда. Он самолично прикончит эту гадюку и однажды станцует на его костях.

 

Вы прочитали ознакомительный фрагмент книги «Ты в моем отражении: Триада»

Всего книга состоит из 26 глав.
Данная книга распространяется платно в электронном виде. Если вам понравился отрывок, то приобрести книгу целиком вы можете на нашем сайте.

Если вдруг вы не читали первые 2 части трилогии, то вам СЮДА

Поддержите автора, подпишитесь на группу ВК:

Спасибо!

Ты в моем отражении. Книга 3: Триада

200,00 руб.

Внимание! Вы покупаете ЭЛЕКТРОННУЮ книгу. Стоимость указана за ВСЮ книгу целиком от начала и до конца. После оплаты вы будете перемещены на страницу для скачивания файлов в 4-х популярных форматах электронных книг: PDF / FB2 / EPUB / MOBI

Поддержите автора, подпишитесь на группу ВК: VK.COM/KAWORUFUN

Описание

Продолжение истории “Ты в моём отражении”.

Для тех, кто полностью не прочитал первую и вторую книги, эту часть лучше не начинать, поскольку вы ничего не поймёте. 
Все события связаны между собой, особенно поведение и психология героев
Отзывы (0)
Оплата & Доставка

Как оплатить и скачать электронные книги (инструкция):

1. Переходите в раздел МАГАЗИН и добавляете понравившиеся книги в корзину

2. После добавления товаров в корзину нажимаете ОФОРМИТЬ ЗАКАЗ

3. На странице оформления заказа вы увидите несколько разделов.

Если вы планируете читать автора РЕГУЛЯРНО,  лучше зарегистрироваться на сайте ПЕРЕД ОФОРМЛЕНИЕМ заказа. Вы можете сделать это 2-мя способами:

  • Зайти через вашу учетную запись Google (отлично подходит для телефонов на системе Android) или ВК.
  • Ввести ваши учетные данные ниже (фамилия, имя, телефон и E-mail) и поставить галочку "Зарегистрировать вас?". Тогда сайт создаст вам учетную запись и пароль будет отправлен вам на ваш E-mail

Регистрация на сайте удобна тем, что все купленные вами книги будут храниться в вашем "Личном кабинете" в разделе "Загрузки"

Если вы приобретаете книгу РАЗОВО, то регистрация в данном случае необязательна.

Оплаты на данном сайте проводятся через агрегатора платежей Яндекс: Ю.Касса

4. После нажатия кнопки ОПЛАТИТЬ вы будете перемещены на страницу сервиса Ю.Касса. Выбираете там любой удобный способ оплаты, оплачиваете и после всех операций внизу будет кнопка "ВЕРНУТЬСЯ В МАГАЗИН". Нажав ее, вы попадаете на страницу (см.картинку) успешного завершения заказа.

ВНИМАНИЕ! Файлы книги загружаются прямо с этой же страницы в 4-х форматах:

  • для компьютера: PDF
  • для телефонов, смартфонов и планшетов: FB2, EPUB, MOBI

Программы для чтения книг в формате FB2 можно скачать тут:

Andriod Apple

Для бумажных книг

Оплата на сайте осуществляется через агрегатора платежей Яндекс Ю.Касса.

Доступна оплата VISA, MASTERCARD, MAESTRO, SberPay

Расчет доставки осуществляется при оформлении заказа в зависимости удаленности вашего региона от Центральной России.

Обычная ставка по России в пределах Ростов-Новосибирск не более 150р. При заказе 3-х и более книг стоимость увеличивается.